facebook vkontakte twitter youtube    

Time: 5:00
Показать содержимое по тегу: СССР

Фото: blog.rendez-vous.ru

Русская культура всегда интересовала и продолжает вдохновлять людей самых разных профессий и интересов. Многие деятели искусства запечатлевали свое отношение к России в различных формах: в стихотворениях, полотнах, музыкальных произведениях... Одним из таких, вдохновленных Россией, является современный французский певец, композитор и гитарист, Филипп Дарес. Репертуар Филиппа - песни знаменитых французских шансонье. Стоит отметить, что у Филиппа также есть песни собственного сочинения, посвящённые России и русской культуре. Филипп часто приезжает в Россию и имеет большой успех у нашей аудитории. Перед своим концертом в Москве Филипп Дарес рассказал журналу «Международная жизнь» о творческих планах, о своём отношении к русской публике, а также поделился впечатлениями от первого турне по России в прошлом году.

Филипп, Ваш репертуар состоит, в основном, из песен таких знаменитых французских шансонистов как: Эдит Пиаф, Ив Монтан, Шарль Азнавур. В России эти исполнители очень любимы. Так же ли ценятся классические французские шансонье сейчас во Франции?

Филипп Дарес: Мне кажется, что упомянутые вами артисты – на все времена. Поэтому их творчество так же востребовано и сегодня, тем более что такие певцы и такие личности появляются на свет очень редко, особенно в последнее время.  Сейчас во Франции  наблюдается новый всплеск интереса к традиционной французской музыке.  Молодые певцы записывают целые альбомы с песнями Трене, Бреля и других великих певцов 20 века. 

Филипп, в некоторых Ваших песнях звучит тема России. Кроме этого Вы свободно поете на русском языке. Скажите, пожалуйста, с чего началась Ваша любовь к России и русской культуре?

Филипп Дарес: Моя любовь к  России началась очень  давно. Я впервые приехал в Советский Союз как аккомпаниатор известной французской певицы Колет Ренар. Я был сразу покорен теплотой и тонкостью восприятия российской публики.

И тогда же случилась главная любовь моей жизни – я влюбился в русскую девушку, которая позже стала моей женой и музой. Я многократно приезжал в СССР, потом в Россию, и всякий раз удивлялся широте русской души, я восхищался тем, как умеют дружить русские, я полюбил навсегда русскую культуру, русскую музыку.

Осенью 2017 года у Вас прошло большое турне по некоторым городам России. Поделитесь, пожалуйста, Вашими впечатлениями от поездки.

Филипп Дарес: Во время осенних гастролей я в очередной раз смог оценить, насколько публика здесь чувствует музыку, как любят и ценят французскую песню. Меня поразила русская природа, удивительная архитектура и тишина волжских городов. Также меня поразила Волга, которая в некоторых местах кажется целым морем. Меня очень впечатлила поездка в Волгоград, его мемориал героям войны. Там особенно чувствуется, какой трагедией стала эта война для России.   

Ваши некоторые песни посвящены «русской душе». Скажите, пожалуйста, чем для Вас является русская душа?

Филипп Дарес: Уже из того, что я  говорил ранее, становится понятно, что для меня «русская душа» - не пустое словосочетание. Я с самых первых поездок в Россию ощутил, что она существует, по крайней мере, я так это чувствую. Спонтанность, великодушие, широта, особое отношение к культуре, открытость…конечно, нельзя сказать, что это свойственно всем русским, но лично мне очень часто доводилось сталкиваться с этими качествами. Кроме того, понятие «русская душа», очевидно, очень привлекательно для французов, может быть, потому что между нами есть какое-то родство…

Среди Ваших песен есть посвящение русскому поэту А. С. Пушкину. Чем Вас вдохновил русский поэт?

Филипп Дарес: Пушкин переведен на французский язык, но, как известно, переводы не до конца могут передать всеобъемлющую красоту и глубину наследия великого поэта. Благодаря тому, что я постепенно в какой-то степени овладел русским языком, я лучше понял, почему для русских так важен именно этот поэт, и я как музыкант чувствую звучание его поэзии как музыку.

Правда ли, что Ваш новый альбом будет состоять из песен на русском языке?

Филипп Дарес: Эта пока секрет…

Популярны ли Ваши песни о России во Франции?

Филипп Дарес: Во Франции очень любят русскую музыку,  русскую культуру.  Все, что связано с Россией, как правило, вызывает интерес. Поэтому именно песни о России вызывают очень много эмоций.

В одном из интервью Ваш сын сказал, что дома, в Париже, Ваша семья общается на русском языке. Скажите, пожалуйста, почему? Чем Вас так привлекает русский язык?

Филипп Дарес: Да, мне очень нравится русский язык. Вы уже знаете, что моя жена – русская, и вполне естественно, что мы говорим дома на двух языках. Благодаря этому наш сын и выучил русский. Помимо всего прочего, мне как певцу очень интересен русский язык, поскольку он очень мелодичен, удобен для пения, благозвучен. 

Вы планируете совершить еще один тур по России?

Филипп Дарес: Я с удовольствием совершу еще и не один тур по России!

Расскажите, пожалуйста, о Ваших творческих планах

Филипп Дарес: В наших планах выпуск клипа на песню «Славянская душа»,   съемки которого недавно состоялись в России и в Париже. Конечно,  я продолжаю писать  песни  для нового альбома.

Филипп, большое Вам спасибо за интервью!

 

Напомним, что ближайшие концерты Филиппа Дареса состоятся 16 марта в Москве, в Доме Музыки и 19 марта в Ярославле на сцене Филармонии.

 

Латвия, Литва и Эстония на постсоветском пространстве были в числе первых стран, на территории которых после 1991 года при поддержке радикальной части западной эмиграции началось методичное, шаг за шагом, распространение идеологии нацизма. Обеление довоенных режимов, фальсификация причин перемен 1940 года и истории послевоенного периода, политическая реабилитация на уровне государства латвийских нацистских коллаборационистов и одновременно лишение со стороны государства всяческой поддержки тех, кто воевал на стороне антигитлеровской коалиции; наконец, уголовное преследование бывших борцов с гитлеровской Германией и ее пособниками из числа местных жителей – все это звенья одной цепи.

С 1994 года каждый год 16 марта по центру Риги колонной проходят бывшие солдаты Латышского легиона Waffen SS и их сегодняшние последователи. Но если в середине 1990-х годов среди тех, кто приходил к памятнику Свободы, были в основном старики, то сегодня это главным образом молодежь.

Каково содержание идеологии неонацизма в сегодняшней Латвии? Не претендуя на бесспорность, дам свой ответ на этот вопрос. Неонацизм в сегодняшней Латвии – это радикальный национализм в виде русофобии, ксенофобии и антисемитизма, ревизия итогов Второй мировой войны и решений Международного трибунала в Нюрнберге, героизация нацистских коллаборационистов и фальсификация истории СССР, включая в первую очередь период пребывания в составе СССР Латвийской ССР.

Каковы же причины распространения неонацизма в Латвии!

Можно говорить, как минимум, о пяти причинах. Первая из них идет из новейшей истории. Это идеологическая близость авторитарного и этнократического режима Карлиса Ульманиса и режима нацистской Германии.

В Латвии во второй половине 1930-х годов правящая элита строила «латышскую Латвию», в которой места национальным меньшинствам отводилось все меньше и меньше. В Германии строили расово чистый Третий рейх, одной из идеологических основ которого был антисемитизм. И в Латвии, и в Германии были культ вождя и цензура СМИ. Если в Германии опорой режима Гитлера были штурмовые отряды, то в Латвии - отряды айзсаргов. Именно идеологическая близость этнократического режима в Латвии и нацистского режима в Германии была главной причиной формирования в Латвии нацистского подполья, которое с началом войны Германии с СССР активно выступило на стороне гитлеровской Германии. Именно идеологическая близость режимов в Латвии и Германии определила на начальном этапе войны Германии и СССР готовность многих местных жителей добровольно вступать в различные карательные подразделения, сформированные нацистской оккупационной властью. Наконец, именно идеологическая близость двух режимов явилась главным фактором, определившим участие многих сотен местных жителей в массовых убийствах своих сограждан, а также граждан других государств.

В 1991 году новая правящая элита официально объявила о преемственности Второй Латвийской Республики с Первой Латвийской Республикой, т.е. с Латвией этнократической, с Латвией, в которой идеология нацизма пользовалась поддержкой со стороны части правящей элиты и части населения того времени. Это признание предопределило быстрое возрождение идеологии нацизма в новых условиях.

Вторая причина – идеологическое противостояние СССР и стран Запада в послевоенный период и готовность стран Запада в рамках этого противостояния предоставить убежище многим нацистским коллаборационистам.

По нынешним оценкам, из Латвии в последний период войны на Запад бежало от 120 до 265-280 тысяч человек. Часть из них покинула родные места, опасаясь сталинских репрессий. Но многие ушли вместе с отступающими гитлеровскими войсками, поскольку в период нацистской оккупации не только активно прислуживали нацистам, но и участвовали в уничтожении мирного населения. После 1945 года именно эта часть эмиграции стала выступать с реваншистских позиций, активно пропагандируя тезис о том, что служба в коллаборационистских формированиях и органах власти на самом деле якобы преследовала цель восстановить независимость прибалтийских стран. Естественно, что тема участия в массовом уничтожении мирного населения при этом всячески замалчивалась.

По оценке российского историка Бориса Ковалева, только среди тех, кто в соответствии с законом о перемещенных лицах и законом о защите беженцев, в первые послевоенные годы въехал в США, а таковых оказалось около 550 тысяч человек (из них выходцы из прибалтийских стран составили около 19 процентов), с нацистским режимом в годы Второй мировой войны активно сотрудничали от 1 тысячи до 10 тысяч человек. А ведь многие бежавшие обосновались в странах Латинской Америки, в Австралии и Канаде. И среди них также было немало выходцев из Прибалтики.

Таким образом, как бы парадоксально это ни прозвучало, но страны Запада, принимая в послевоенный период бывших нацистских коллаборационистов из Прибалтики, на самом деле активно способствовали сохранению нацистской идеологии. В конце 1980-х – начале 1990-х годов некоторые носители этой идеологии вернулись в Латвию, Литву и Эстонию, что предопределило ее быстрое распространение.

Третья причина – в период существования СССР изучению авторитарных и этнократических режимов, существовавших в Латвии, Литве и Эстонии до 1940 года, уделялось недостаточное внимание. Кроме того, замалчивались темы поддержки многими представителями прибалтийских стран политики нацистской Германии в 1941 – 1945 годах и вооруженного сопротивления в 1945 – 1953 годах. В Латвийской, Литовской и Эстонской ССР не публиковались и не дискутировались выходившие на Западе исследования по истории перемен 1940 года и нацистской оккупации. Многие из этих книг, попадая в Латвию, Литву и Эстонию, тут же отправлялись в Спецхран и были доступны только очень узкому кругу исследователей. Одновременно существовал постоянный обмен информацией между теми, кто обосновался на Западе, и их родственниками или знакомыми, жившими в советских республиках Прибалтики. Естественно, что этот информационный обмен не содержал откровений о преступлениях нацистских коллаборационистов. Наоборот, при его помощи распространялся миф о борьбе коллаборационистов за независимую Латвию. В результате у части жителей Латвии, Литвы и Эстонии сформировались иллюзии относительно истинных устремлений тех, кто от имени всей оказавшейся на Западе эмиграции из стран Балтии оправдывал деятельность коллаборационистов в период нацистской оккупации. В сознании этой части населения, в первую очередь той, которая родственными узами была связана или с довоенными авторитарными режимами, или с нацистскими коллаборационистами в годы войны, совершенно четко оформилось стремление идеализировать обосновавшуюся на Западе эмиграцию, что в конце 1980-х – начале 1990-х годов стало главной причиной быстрого распространения идеологии радикальной части западной эмиграции в Латвии, Литве и Эстонии.

Четвертая причина – принятие новой правящей элитой после 1991 года идеологии радикального национализма и оправдания коллаборационизма, которую исповедовала радикальная часть западной эмиграции из республик Прибалтики.

Всего в период третьей Атмоды и после 1991 года в Латвию на постоянное место жительства вернулось свыше 30 тысяч латышей из различных стран мира. По данным Управления гражданства и миграции, в ноябре 2005 года 30 793 гражданина Латвии имели, помимо латвийского, гражданство другой страны. В том числе 12 473 человека были гражданами США.

Оценивая вклад латышской «тримды» (т.е. эмиграции – В.Г.) в проведение в Латвии после 1991 года политики, направленной на реабилитацию нацистских коллаборационистов, нужно говорить и о ее идейном вкладе, и о непосредственном участии в работе политических и экономических структур Второй Латвийской Республики. Причем, если в структурах политической и административной власти в целом оказалось задействовано не так много латышей-эмигрантов, то их вклад в формирование сначала идеологии Атмоды, а затем – идеологии независимой Латвийской республики был фактически определяющим.

Именно в среде латышской эмиграции после окончания Второй Мировой войны «стали прославлять легионеров, их сделали героями-добровольцами, сражавшимися за Латвию», и в результате, как отмечает профессор истории Андриевс Эзергайлис (его родители в конце войны так же бежали сначала в Германию, а потом в США, поскольку «коммунистов ненавидели лютой ненавистью») «в историографическом отношении все было поставлено с ног на голову».

Пятая причина – согласие стран Запада и России с постановлением Верховного Совета Латвийской Республики от 15 октября 1991 года «О восстановлении прав граждан и основных условиях натурализации», по которому почти 800 тысяч постоянных жителей оказались после распада СССР без латвийского гражданства. Именно после принятия этого постановления в Латвии в рамках формирующейся политической системы, с присущими ей такими признаками демократии, как парламентаризм, регулярно проводимые выборы на уровне государства и самоуправлений (которые, правда, больше не являлись всеобщими), свобода слова, свобода собраний (которые также стали постепенно сворачиваться) и т.д., стал быстро формироваться не демократический, а этнократический политический режим. Цель пришедших к власти политических сил сводилась к тому, чтобы посредством этнического законодательства создать такие условия, при которых нелатыши не могли бы претендовать на равноправное с латышами участие в управлении государством. Еще одной целью пришедших к власти политических сил стала политическая реабилитация нацизма. Таким образом, поощрение со стороны международного сообщества правого радикализма в Латвии обернулось, спустя несколько лет, ростом неонацистских настроений. Причем не только в Латвии, но и во всех странах Балтии, в других странах постсоветского пространства, а также в странах Европы. 

 

Спасти Брюса Ли

Пятница, 26 Июнь 2015 19:39 Опубликовано в На перекрестке культур

«Однажды, когда я был подростком, мы с друзьями смотрели фильм с Брюсом Ли. Брюс Ли был тогда нашим героем. В какой-то момент действия один из плохих парней напал на Брюса Ли сзади, когда тот не ожидал. И вдруг какой-то зритель в кинотеатре выскочил на сцену и вонзил нож в то место экрана, где находился этот злодей. Это был мой первый урок кино»

Филипп Лакоте, кинорежиссер (Кот-д’Ивуар)

С 12 июня по 23 августа в Музее современного искусства «Гараж» проходит основанная в 2013 году программа «Полевые исследования «Гаража» - первая междисциплинарная платформа на базе культурной институции в России. Отражая интересы художников, кураторов и критиков из разных стран мира, программа сосредоточена на забытых и малоизученных событиях, философских позициях, пространствах и героях русской культуры.

В рамках открытия нового здания Музея «Гараж» представлены четыре исследования, одно из которых – исследование Койо Коуо и Раша Салти «Спасти Брюса Ли: африканское и арабское кино и эпоха советской культурной дипломатии (вступление)».

 

«Спасти Брюса Ли» – это первое представление трехгодичного проекта, начатого в 2014 году. Он посвящен судьбам обучавшихся в Советской России африканских и арабских кинематографистов. Главные фигуры проекта – семнадцать африканских и арабских режиссеров, которые как художники и личности во многом сформированы в Советском Союзе. Проект будет первым описанием влияния советского кино на творчество этих признанных мастеров.

Разработанное Койо Коуо и Рашей Салти исследование охватывает три поколения кинематографистов, учившихся во Всесоюзном государственном институте кинематографии (ВГИК) в период с 1960-х до конца 1980-х годов. Благодаря освещению малоизвестных, но, тем не менее, значительных жизненных отрезков, повлиявших на эстетическую и идеологическую составляющую фильмов этих авторов, исследование станет существенным этапом в развитии африканского и арабского киноведения.

 

В период холодной войны Африканский континент и арабский мир были ареной борьбы СССР и США за политическое влияние и стратегическое использование этих территорий. Культурная дипломатия являлась одним из важнейших фронтов этой борьбы. Проявлялась она, в частности, в предоставлении стипендий на получение высшего образования с целью формирования национальной профессиональной элиты, лояльной к властям того государства, в котором они учились. Советский Союз принимал множество иностранных студентов в свои вузы. Исследуя этот малоизвестный аспект новейшей истории кино, проект «Спасти Брюса Ли» сосредоточен на судьбе африканских и арабских кинематографистов, обучавшихся в престижном Всесоюзном государственном институте кинематографии в Москве.

В проекте прослеживаются биографии целого ряда мастеров африканского и арабского кино. Основная цель проекта «Спасти Брюса Ли» - критически исследовать влияние советских кинематографистов на творчество их учеников. Вообще стоит обратить внимание на то, что официальная история советского кино полностью упускает из виду данный аспект, связанный с деятельностью иностранных выпускников советских вузов.

 

Исследование вращается вокруг трех основных осей, первая из которых определяется жизненным опытом, который давало иностранным студентам пребывание в Москве. Вторая и третья оси определяются утопическими идеями социализма, бытовавшими в советском обществе, идеологическими конструкциями и их воздействием на кинематографическое воображение и мировоззрение отдельных режиссеров.

Что касается названия проекта, то Брюс Ли был любимым героем во всем мире. Он покорил воображение богатых и бедных, законопослушных граждан и преступников, высокопоставленных лиц и простого народа. По всему Африканскому континенту и арабскому миру, когда обанкротившиеся или попавшие под цензуру кинотеатры закрывались, напоследок показывались фильмы с Брюсом Ли и болливудская кинопродукция. Название проекта отсылает к одному из  воспоминаний Филиппа Лакоте, режиссера из Кот-д’Ивуара, о котором он рассказывал со сцены Каннского фестиваля в 2014 году перед премьерным показом своего первого художественного фильма «Беги».

Проект «Спасти Брюса Ли» состоит из трех частей. Первая, «Вступление», представляет собой предварительный отчет о ходе исследования и включает в себя выставку, а также однодневный семинар с участием кинематографистов и историков. Вторая часть – это масштабная выставка, которая познакомит с работами режиссеров и художников, а третьей частью станет публикация книги.

 

Проект «Спасти Брюса Ли» можно было бы считать академическим исследованием из области истории кино, цель которого – расширение знаний о предмете. Однако данный проект стал основой для художественной выставки и публикации, подготовленных в Музее современного искусства. Искусство помогает создать не научное, а поэтическое знание, именно поэтому на первый план выдвигается «эксцентрический» элемент работы: кураторы, не выдавая себя за экспертов, стараются обнаружить возможности для провокационных толкований и ярких переживаний.

Мир современного искусства и мир кино уже не являются столь чужеродными, какими они были некоторое время назад: кино зачастую присутствует в экспозиции музеев, художники снимают фильмы, которые затем демонстрируются на кинофестивалях, а кинематографисты занимаются художественной практикой, показывая свои работы в музеях и галереях и принимая участие в биеннале. Опираясь на это «перекрестное опыление» искусства и кино, проект «Спасти Брюса Ли» ставит своей целью еще больше расширить это пространство, с тем чтобы выявить роль советского кинематографа и его мастеров в формировании африканских и арабских кинематографистов, учившихся во ВГИКе в 60-80-е годы.

 

Деконструкция контекста холодной войны и проблемы идеологической борьбы становятся сложной и интригующей задачей, если рассматривать ее в контексте повседневного опыта африканских и арабских студентов-кинематографистов (особенно если вспомнить, что ВГИК вовсе не готовил пропагандистов советского режима). Если внимательно посмотреть на советских учителей этих режиссеров, становится понятно, что они и вовсе не были пропагандистами – это были оригинальные художники, уязвимые перед лицом репрессивной власти (некоторые из их фильмов были запрещены в СССР). Но им удавалось сохранять независимую позицию и приобщать своих студентов к эстетике. И действительно большинство выпускников советских вузов, которые были установлены в ходе исследования (независимо от степени их продуктивности и международного признания в качестве кинематографистов), известны тем, что отстаивали свою личную, авторскую позицию и критический взгляд на мир, что порой дорого обходилось. Так, первый фильм сирийца Усамы Мохаммеда «Дневные звезды» демонстрировался по всему миру, кроме Сирии, где его запретила негласная цензура. Копия фильма «Африка» Сулеймана Моххамада Ибрагима аль-Нора была уничтожена после государственного переворота в Судане. А «Бамако» Абдеррахмана Сиссако остается одним из самых красноречивых и язвительных образцов критики африканской политики Всемирного банка.

Исторический период холодной войны, когда шла борьба за влияние на африканском континенте и в арабском мире, совпал с периодом, последовавшим за созданием на этих территориях независимых государств, и в некоторых случаях с установлением жестких авторитарных режимов под властью единственной партии или под контролем военных. Все это также является частью исторического контекста, включавшего пребывание в Москве героев исследования. Для первой волны африканских и арабских студентов, которые оказались в Москве в 60-х – середине 70-х годов, актуальной была задача создания национального кинематографа: они выступили в роли его предвестников. Кроме того, для этого поколения было важно освободиться в творчестве от влияния вчерашних колонизаторов и создать искусство, способное выразить их собственные чаяния. Для второй волны, которая пришлась на вторую половину 70-х – 80-е годы, когда наступило разочарование в идеях предыдущего периода, на первый план выдвинулся новый императив: освобождение искусства от узкополитизированной, однопартийной государственной догмы. Второе поколение иностранных студентов ВГИКа осознало всю опасность шовинизма, нетерпимого к оппонентам режима.

 

Когда после национально-освободительной войны и установления суверенитета возникает финансируемый государством национальный кинематограф, всегда предполагается, что он будет повествовать об истории своей страны и народа, воспевать ее героев, которые символизируют национальные ценности и способны служить примером для подражания для поколений свободных граждан. Часто такими героями становились борцы с колониальным режимом, но, что интересно, режиссеры этого круга никогда не пытались воспевать таких национальных лидеров, предпочитая придумывать героев – представителей простого народа. Судя по каталогам Московского международного кинофестиваля, советские космонавты были его частыми гостями. Более того, обозрение фестиваля на английском и французском языках называлось «Спутник», что, безусловно, намекало на аллегорическое отождествление кинозвезд с настоящими звездами… Таким образом, внимание было акцентировано на этой игре слов, и после изучения проектов освоения космоса, реализованных в африканских и арабских странах, были предприняты попытки найти там похожих на наших героев звезд. В итоге выжил один только Брюс Ли, пришедший на смену национальным героям и космонавтам.

 

Пока эта работа основывается главным образом на воспоминаниях участников событий, иными словами, на устной истории, восстановленной по памяти и рассказанной от первого лица. Хотя такие реконструкции прошлого бывают весьма захватывающими, они пронизаны эмоциями и их сложно интегрировать в «документальный» контекст. Поэтому вместо расшифровки устных рассказов планируется заказать другим кинематографистам фильмы, посвященные героям проекта и времени их пребывания в Москве. Также проводится серия интервью с известными кинокритиками и историками, специализирующимися на африканском, арабском и советском кинематографе, чтобы узнать их мнение по поводу влияния советского кино на африканских и арабских режиссеров.  Таким образом, цель исследования состоит не столько в том, чтобы побудить к формальному пересмотру имеющихся представлений или закрыть так называемые «белые пятна», сколько в том, чтобы поставить под вопрос доминирующий канон истории кино и преодолеть геокультурные границы, на которых он основывается.

 

Использованные материалы:

http://garageccc.com/ru

Слияние сердец

Пятница, 29 Май 2015 17:47 Опубликовано в На перекрестке культур

 

22 мая в связи с 70-ой годовщиной Великой Победы Турецко-Русский Культурный Центр совместно с Домом русского зарубежья организовали гала-вечер фильма «Слияние сердец» («Соединившиеся души»).

 

Накануне Второй мировой войны Турция оказалась в центре международного конфликта. Каждая из противоборствующих сторон пыталась завербовать Республику, на что Турция отвечала политикой «невмешательства».

В течение всего периода с 1939 по 1945 год Турция, в руках которой фактически находился контроль над Черноморскими проливами (полученный благодаря конвенции Монтрё 1936 года), была объектом соперничества  трех центров силы  — Германии, Великобритании и Франции, и СССР.

Турецкая Республика умело пользовалась своим преимуществом, накануне войны заключив международные договора с Великобританией, Францией и Германией.  Советский Союз, в свою очередь, подготавливал почву для будущего двустороннего пакта о взаимопомощи, ограниченный зоной действия Черного моря и проливов. Однако  30 сентября 1939 года Министр иностранных дел Турецкой Республики Ш. Сараджоглу, встретившись в Москве с послами Англии и Франции, официально отклонил предложение о заключении пакта.

25 июня 1941 года турецкое посольство в Москве опубликовало заявление о том, что правительство Республики решило объявить нейтралитет Турции. И лишь 23 февраля 1945 года Турция отказывается от позиции нейтралитета и вступает во Вторую мировую войну на стороне победителей.

 

Однако немалое количество турок проживали и на территории СССР, в большинстве своем в Кавказском регионе. При Сталине сильно попирались права национальных меньшинств. В угоду соц-лозунгу "Национальное по форме, социалистическое по содержанию" они лишались права на самоопределение и полностью подчинялись политическому режиму.

В годы кровавых чисток практически все члены партии на Северном Кавказе были уничтожены по обвинению в стремлении создать отдельную Северокавказскую республику как часть англо-турецкого заговора. В 1937-1938 годах более чем сто двадцать тысяч человек были арестованы, многие из которых подверглись казни. Чистки совпали с систематическим подавлением ислама. Численность мулл, прежде достигавшая десяти тысяч, сократилась до нескольких сотен, как и количество мечетей.

С началом Второй Мировой войны правительство стало опасаться того, что народы Кавказа, припомнив Москве нанесенные обиды, примкнут к нацистским захватчикам. Но страхи эти оказались необоснованными, так как формирования кавказских народов, в число которых входили и проживающие там турки, героически сражались против нацистов.

 

Представленный на гала-вечере фильм «Слияние сердец» - это история пути из Советской России 1940-х годов в 1990-е годы, история любви, которая прошла трудный путь и сохранилась, несмотря на время и большие расстояния.

СССР 1940-х годов. Вторая мировая война набирает обороты. Восточный фронт полностью охвачен пожаром. Нацистская оккупация настигает деревню, где молодожены Нияз и Дженнет, турки с Северного Кавказа, спрятали у себя русскую девочку, тем самым поставив на кон свою жизнь. Наказание от нацистского командования неминуемо: Дженнет и все жители деревни были отправлены в Германию в концентрационные лагеря в качестве рабочей силы – территория, где неразделимо царствуют боль и смерть.

Дженнет и малышку Бедель, которую она родила в грузовом вагоне поезда, преследуют голод, нищета и не дающая покоя мысль о том, что где-то далеко остался муж и отец, о котором теперь не известно даже, жив ли он. У Дженнет не было возможности ни вернуться на Родину, ни получить весточку от Нияза. Но героиня, полная любви и терпения, ждет…  Испытав в ссылке тысячу и одну муку, она, оставаясь верной супругу, терпеливо продолжает надеяться и ждать того дня, когда Нияз вернется к семье.

 

Съемки фильма начались 27 ноября 2013 года в Болгарии. Военные сцены были отсняты в студии NUBOYANA – одной из площадок Голливуда, находящихся за пределами США, где уже снимались такие фильмы, как «Неудержимые», «Геркулес», «300 спартанцев», «Конан». Однако большинство сцен киноленты, повествующих о событиях 1940-х годов, были отсняты в различных городах Болгарии, в том числе в Софии, Луковите и Жеравне. Части картины, относящиеся к 1992 году, снимались в грузинском городе Батуми, а также в Турции – в Балыкесире, на Соленом озере, в районе Чифтелер возле Эскишехира, в районах Девели и Эрджиес, возле города Кайсери, в районах Гереме и Ургюп, в Коджаэли и Стамбуле. Визуальные эффекты были созданы компанией CheryChery.

Костюмы к фильму также представляют особый интерес, поскольку являются результатом длительной совместной работы историков, этнографов и дизайнеров. Они показывают нацистскую Германию, Советскую Россию, Северный Кавказ, Казахстан и Турцию 1940-х годов.

 

Картина «Слияние сердец» режиссера Хасана Кырача основана на реальных событиях и иллюстрирует то, через что пришлось пройти представителям национальных меньшинств в период Второй мировой войны.

 

Использованные материалы:

http://cont.ws/

http://www.wsws.org/

 

Страница 1 из 2