facebook vkontakte twitter youtube    

Time: 4:16

Розеттский «краеугольный» камень

Понедельник, 27 Июль 2015 11:28 Опубликовано в Биноклиус

 

Уже не одно поколение художников пережило «смерть» живописи и ее последующее возрождение. «Какие бы формы живописи сейчас ни возникали – в них все равно укоренен сам факт ее смерти», - так интерпретирует расхожее мнение на тему известный куратор, теоретик, основатель и редактор «Художественного журнала» Виктор Мизиано. Однако не стоит бежать впереди паровоза. Живопись – субстанция нестабильная и, подобно фениксу, является символом вечного обновления. И если присмотреться к творчеству молодых художников, тем не менее, получивших уже международную известность, не трудно усомниться в сто пятом объявление о преждевременной «кончине» живописи.

Иззи Вуд – автор работ, представленных на выставке, - использует приемы такой близкой и понятной зрителю фигуративной, или предметной живописи. Но в то же время Вуд отмечает: «Я использую эти кислотные цвета с целью отбить у зрителей желание рассуждать о том, как бы эта картина выглядела в их столовой». Художница не ставила себе задачей загадать какую-то головоломку, напротив, она настаивает на том, что живопись для нее «не цель жизни, а неизбежный способ существования». Ее работы – это не Код да Винчи, требующий незамедлительной расшифровки: даже глядя на ее сделанные впопыхах наброски можно ощутить некую неловкость – то ли от излишней честности, то ли от забытой простоты. В последнее время она часто выбирает холсты большого размера, стремясь сопоставить свой личный человеческий масштаб с мегаломанией современного искусства.

Иззи Вуд училась в университете Голдсмитс (Goldsmiths, UniversityofLondon), где в начале 80-х годов появились «YBA» - «молодые британские художники», в число которых входят: Дэмиен Херст, Трейси Эмин, Марк Куинн и другие. Нет сомнений, что члены «МБХ» уже давно являются частью мирового искусства, и эта слава немало влияет на то, как и чему учат в Голдсмитс. Однако Вуд, вопреки всем традициям Голдсмитса, предпочла в качестве изобразительной техники именно живопись (большинство студентов и преподавателей бывшего колледжа придерживаются формы инсталляции). Таким образом, в среде юных радикалов Вуд, как белая ворона, а ее твердое намерение оставаться исключительно живописцем может расцениваться не иначе как бунт и, прямо скажем, преступление.

Для Иззи Вуд не существует «проблемы» выбора формы выражения - свои мысли она может передавать только посредством старой доброй бессмертной живописи. Объясняется эта приверженность к «устаревающему» виду изобразительного искусства и тем, что Иззи получила не только художественное, но также и искусствоведческое образование благодаря существующему в Голдсмитс двойному курсу (ArtHistoryandFineArt), что позволило ей сделать осознанный выбор, опираясь на знания в области культурного наследия страны.

В картинах Вуд, как и в работах других начинающих художников, с легкостью угадываются штрихи оказавших на нее влияние различных деятелей искусства. Ее холсты отсылают к брутальной телесности признанного классика британского искусства и основоположника эмпиризма Фрэнсиса Бэкона (1561-1626), который, в свою очередь, также пережил не один десяток «смертей» живописи. Сходство наблюдается не только в изображении типичных «бэконовских» тел, но также в стилистике и цветовом решении. Но разве обходится кто-то лишь одной «цитатой»? Тренированный глаз, безусловно, найдет на картинах Иззи следы влияния и многих других вдохновителей.

Литература также не оставила художницу равнодушной. Например, картина «Iwastouchingupthegraces» («Я подкрашивала манеры») отсылает зрителя к событиям, описанным и изученным в произведениях американской писательницы Гертруды Стайн (1874-1946), жившей в 1910-20-х годах в Париже и оказавшей колоссальное влияние на генезис раннего европейского модернизма. Руки, держащие «буржуазные» шляпы и бокалы вина и тянущиеся к зрителю сквозь прорехи изгороди, - это не что иное, как прямая иллюстрация к текстам Стайн, исследовавшей идею хорошей жизни как чего-то далекого и невозможного. Мотив социальной критики возникает и в картине, заполненной черной икры, престижной русской водкой и яркими женскими губами – атрибутами роскошной и беззаботной жизни.

Разумеется, это лишь отдельные сюжеты, вырванные из контекста окружающих Иззи Вуд событий. Как говорит сама художница: «Я могу зациклиться на буханке хлеба или вывеске супермаркета так же, как и на произведениях Матисса и Ренуара». Таким образом она оперирует бытовыми предметами и ситуациями, наделяя их одной ей ведомыми смыслами и значениями.

Розеттский камень, или RosettaStone – это один из важнейших объектов археологии, благодаря которому удалось расшифровать египетские иероглифы. Выставка «Розеттский камень» названа так по причине трудности перевода или, как говорится, «lostintranslation». Оригинальные названия картин построены на саркастической и, увы, непереводимой игре слов. Это вызвало длительную дискуссию и тщетные попытки донести до зрителя заключенные в них юмор и двойные смыслы.

Иззи Вуд также поведала о том, что американский художник Кэрол Дунхам использовал программу «RosettaStone» (прим. «RosettaStone» - программа изучения иностранных языков по CD-дискам путем многократного повторения предложенных фраз) на совещании, посвященном его предстоящей выставке, а позднее дал специфическое название нескольким предметам в своей студии, которые вследствие этого тоже стали своего рода «розеттскими камнями» - подсказками, помогающими зрителю понять художника и его идеи. Иззи сказала: «Мои картины работают по тому же принципу, что и Розеттский камень. Порой я думаю о них как о бессмысленных плитах из дерева, холста и пигмента, готовых к расшифровке, если кто-то ими заинтересуется». Всего художница отправила в Москву 17 таких «розеттских камней».

 

Использованные материалы:

http://www.triumph-gallery.ru/

 

«Акваментальность»

Понедельник, 08 Июнь 2015 11:52 Опубликовано в События

С 19 июня по 18 июля московский арт-центр EXPOSED представляет выставку-продажу работ российского художника–акварелиста Ивана Порхачева, отражающих особое восприятие автора разных континентов и стран.

Выбор именно этого художника для очередного этапа знакомства посетителей арт-центра с наиболее яркими представителями новой волны современного русского искусства – неслучаен. Иван Порхачев – российский дизайнер, живописец, график. Используя в своей работе различные технологии и материалы, основное место автор отводит акварельной технике, которая позволяет живописным языком передавать свои ощущения и впечатления об увиденном и отложившемся в памяти. Соединяя в одном произведении и технику, и индивидуальность восприятия, как «метафору» своей ментальности, Иван Порхачев создает необыкновенно легкие и светлые образы различных уголков мира, позволяя зрителям прочувствовать атмосферу и настроение, ощущаемые им самим.

«Техника акварели позволяет добиться воздушности и прозрачности в работах художника, каждая картина, выполненная акварелью – уникальна, ее нельзя повторить, акварель это живая техника, ее невозможно приручить, ее можно только умело направлять туда, куда хочет автор, и она тогда преобразит белый лист бумаги в легкое и светлое произведение искусства…» – И. Порхачев.

Искусство Ивана Порхачева впечатляет своей географией и тематическим разнообразием: мосты Нью-Йорка, пролив Босфор, виды Венеции и Флоренции, родные пейзажи России, что в полной мере отражает концепцию арт-центра EXPOSED, стремящегося сосредоточить в своих стенах предметы искусства, не только привезенные со всего мира, но и раскрывающие красоту разных его уголков.

«Иван – удивительно тонкий, глубокий и гармоничный художник, каждая работа которого имеет собственное звучание, свое особое настроение. Он виртуозно владеет такой сложной техникой как акварель, создавая работы, наполненные глубоким смыслом и внутренним содержанием» – подчеркивает Кен Кляйми. – «Я уверен, работы Ивана будут по достоинству оценены нашими гостями».

На выставке будет представлено более 50 разноформатных работ художника. Все выставленные работы можно приобрести. Центральное место выставки займут несколько круговых инсталляций, символизирующих соединение ментального и метафизического контекстов в одном произведении.

Мир акварелью (Моя страна «Акварелия»)

Воскресенье, 07 Июнь 2015 15:38 Опубликовано в Биноклиус

Artist manifesto - written appeal, the appeal programmatic

Мой творческий манифест

Одной из главных целей для себя, как автора, считаю:

- стремление к созданию понятного и космополитического искусства, востребованного в мире;

- стремление к отражению своего понимания жизни в картинах и других работах, что является передачей мироощущения и мироосмысления, как основы для создания художественного образа в живописи;

- неприемлемым следование конъюнктуре или подражание в искусстве;

- технику исполнения живописных работ равноправным инструментом или творческим языком Автора. Авторская живописная техника или «манера» является первичной коммуникацией со зрителем и должна быть профессиональна, что не мешает менять или искать различное «звучание» или собственную вариативность в манере письма.

Пример:

Музыкант не умеющий владеть инструментом не сможет исполнить произведение и тем более продать билеты на свой концерт. Так почему в живопись легко, под прикрытием умных слов, часто попадают те, кто не владеет техникой? Именно способность работать и передавать свои ощущения и впечатления от увиденного через живопись отличает художника от ремесленника. Язык скрытой, не поверхностной метафоры, способной передать отношение к увиденному или рассказать живописным языком об увиденном и отложившемся в памяти.

Сейчас многое изменилось из того, что окружало художника раньше. Наличие цифровых инструментов и гаджетов, технический прогресс и спрессованность времени, когда самолет и автомобиль превращают многие длительные и созерцательные процессы в мимолетные, также влияют на ощущения и мировосприятие художника. Более того, считаю необходимым для современного художника использование современной техники в работе. Многие творческие процессы перекрещиваются с дизайном и техническим прогрессом. То, что было невозможно раньше - доступно сейчас, но и то что было нормой для живописца в прошлые столетия - стало немыслимо в наше время!

Живопись - это один из многочисленных слабо конкурентных видов визуализации внутри большого информационного поля. Нас окружили интернетом, телевидением, кино, фотографией и т.п. и это не просто эпизодический контекст, нет, это основа нашей жизни сейчас, поэтому живопись превратилась в своего рода искусство ради развлечения ценителей или примкнувших к ним последователей. Раньше художник был единственным инструментом для воспроизведения и фиксации действительности и даже светской или религиозной пропаганды - сейчас это не так. Мне видится развитие творчества через индивидуализацию восприятия, но не манеры работы. Ценность своего искусства я вижу не в фиксации действительности, а в передаче того «нерва» жизни, той метафоричности, которую можно вложить в произведение или картину, не нарушая, при этом, целостности восприятия. Излишняя конъюнктурность и надуманность мне только мешает. Я не вижу смысла для настоящего художника в повторении и тиражировании «узнаваемого» приема, который был приобретен, как маркетинговое преимущество для лучших продаж картин.

Следуя своей ментальности и понимая, что мои картины это уже реальность 21 века, понимая, что фиксация впечатлений и отсутствие размеренной созерцательности это уже данность моей постиндустриальной «биографии», и что темп жизни часто опережает ту ритмичность, с которой художник может создавать свои работы, акварель стала одним из важных и «программных» инструментов моего творчества.

Неповторимость акварельной техники и своенравность водных красок помогают добиться баланса между живописностью, которую я так ценю, и техничностью исполнения, что позволяет осознанно идти по пути противопоставления моей живописи как обилию «фото/гипер» реализма, так и процессу коньюктуризации искусства. Сейчас мне важно соединить в одном произведении и технику, как универсальный язык коммуникации, и динамику, как отражение современного ритма жизни, и индивидуальность восприятия, как «метафору» моей ментальности, для того, чтобы живопись стала авторской проекцией субъективно идеалистического восприятия реальности художника.

Используя в своей работе различные живописные и графические материалы, основное место на сайте автор отводит акварельной технике: «Техника акварели позволяет добиться воздушности и прозрачности в работах художника, каждая картина, выполненная акварелью - уникальна, ее нельзя повторить, акварель - это живая техника, ее невозможно приручить, ее можно только умело направлять туда, куда хочет автор, и она тогда преобразит белый лист бумаги в легкое и светлое произведение искусства….

Как художник, в своем творчестве, прежде всего, я опираюсь на традиции русской школы живописи серебряного века. Также могу отнести себя к последователям русского импрессионизма(*).

В акварелях стараюсь показать все многообразие цвета, цветовые вибрации, разнообразие оттенков и колористики в картине. С помощью сложных цветовых сочетаний из палитры исключил черный цвет из «банки», поэтому тени могут содержать до 10 цветов одновременно, а драматургия сюжета достигается смешением техник - по влажной бумаге а-ля-прима, сухой кистью и наложением цветов - лессировкой. В работе использую кисти разных размеров и составов – до двенадцати видов в каждой картине.

В своих работах стремлюсь передать, прежде всего, настроение и ощущение внутренней сцены, найти в каждом сюжете свою внутреннюю историю и гармонию. Наполнение работы смыслом и внутренним содержанием для меня всегда превалирует над актуальностью и модностью.

*…Характерные черты русского импрессионизма - это «этюдность» и некоторая незавершенность, которые обеспечивают тот «трепет жизни», который был столь значим для этого направления в живописи. Отсутствие сильной динамизации, которая была характерна для импрессионистов Франции, и бОльшая нагруженность смыслом так и не позволила русскому импрессионизму перейти до конца в разряд живописи ради живописи. Содержательная доминанта, тяготение к смыслу и значению художественного образа, бОльшая материальность и предметность, а также тенденция к картинной монументализации пленэра в основном посредством этюда, выполняемого в один заход.

 

О музыке…

Сразу хочу сказать, что для меня очень важно ощущение от работы, это так же важно, как и то, с помощью каких красок или кисточек будет исполнена картина. Мое ощущение, которое я передаю в работе и техника исполнения, вступают в диалог со зрителем – это как музыка или исполнение музыкального произведения, картина должна стать «застывшей музыкой», именно поэтому, так важно, чтобы не было «фальшивых нот» и плохого исполнения. Можно сколько угодно говорить о том, что актуальное искусство расширяет границы восприятия, но меня точно не заставишь идти на концерт где плохо играют, даже если это будет модно. Почему зритель в отличие от слушателя смотрит выставки, которые часто «фальшивят» это другой вопрос, но в своей работе этого точно допускать я не могу.

Об акварельности…

Почему акварель? Акварель — это очень живая техника, сложная и красивая, с характером и «нервом». Очень подходит для передачи настроения. Конечно, краски приходится заказывать из Англии, но цена вопроса качество пигмента и светостойкость, поэтому экономить на этом нельзя. А еще очень нравится состояние легкого «мандража», как перед экзаменом, перед началом каждой работы, акварель очень своенравна, поэтому приходится так «мандражировать» каждый раз…в этом вся суть этой техники. Видимо, из-за этого она не всеми любима и не всем покоряется. У каждого хорошего художника свои секреты мастерства, люблю их разгадывать, да и свои секреты тоже есть. Кстати не часто вижу мастеров у кого есть что подсмотреть, в акварели есть мастера-современники, но не нашей школы. Наши, перед кем я поклоняюсь, остались в прошлом столетии и еще раньше. Акварель не прощает ошибок и слабостей, ее легко как говорят «замучить», но если получилось с ней найти общий язык, то в хорошей раме с правильным экспонированием будет радовать не одно поколение зрителей….

О нюансах и восприятии…

Очень нравится, когда нахожу натуру, в которой нет «новодела». Не могу писать новодельную или отреставрированную архитектуру. Сейчас все делают так, что пропадает настоящий цвет и оттенок, штукатурят и закрашивают, мостят дорожки и приукрашают до такой степени, что все становится не настоящим. Живопись не «глянцевый журнал», мне нравится, когда живопись не «зализана», а передает нюансы и оттенки, не превалирует «открыточный» коммерческий подход. Для украшения действительности в 21-м веке изобрели много технических средств передачи. Художник должен думать кистью, а не копировать цифровые возможности современных гаджетов. Это, конечно, мое мнение, но мне важно именно право художника на то, что не дано машине или цифровому носителю, право на свое восприятие, на свой живописный язык, на свое «звучание». Но ответ на вечный вопрос философии - что важнее «идеальное» или «материальное», каждый художник выбирает сам. Я, все-таки, думаю, что прежде чем для себя определить в каком поле оказаться, надо научиться рисовать. А это процесс очень долгий и занимает годы, но в этом весь смысл живописи для меня – постоянно разбираться в нюансах и тонкостях восприятия.

Вспоминаю как в детстве, всегда долго стоял перед понравившейся картиной и часто возвращался, вычерчивая замысловатые траектории, мимо музейных бабушек, для того, чтобы записать в памяти те или иные живописные приемы, манеру положить краску на полотно или бумагу, передать кистью живое, меняющееся пространство или характер предметов. Думаю, что я еще не понимал тогда, что несколько мазков любимого мастера, способны перевернуть мои представления о живописи сильнее художественной школы или училища, в которых я буду учиться. Детские впечатления стали основой того, что мне полюбилось в живописи и того, что нельзя вытравить из меня никакими актуальными тенденциями, пропагандируемыми кураторами или людьми, делающими на этом свой бизнес. Да, мне дороги мои первые «детские» образы и впечатления в искусстве, да, это та суть живописи, которая помогает мне быть самим собой. Я помню, как читая Набокова, мне были близкими не его «тиражные» произведения, а мало читаемые «Другие берега» и «Дар», отправляющие к истокам творчества писателя и невероятного языкового мастерства.

Сейчас в живописи, трудно быть самим собой и продаваться. Успех художника — это часто синоним того, что надо быть в «арт-тусовке», следовать актуальным течениям, протискиваться к благодетелям арт-мира, придумывать себе пиар истории или делать модные инсталляции чтобы быть замеченным галеристами и аукционистами.

Мне гораздо важнее, оставаться тем «ребенком», которого мать привела в пять или шесть лет на выставку и которого могла потрясти какая-нибудь незаметная маленькая картинка, этюд, неизвестный и не разрекламированный, выставленный как один из этапов биографии художника, но такой важный для меня. Мне кажется, что противостояние художника, его движущая сила созидания должны идти изнутри, из таких «детских» воспоминаний, образов и впечатлений, а не от конъюнктурного начала, диктуемого зачастую пустым и мёртвым арт-пространством вокруг».

 

Биографическая справка:

Иван Порхачёв родился в 1978 году в Москве. Окончил с отличием в качестве правительственного стипендиата Московский текстильный университет имени А.Н.Косыгина, факультет прикладного искусства.

С конца 1990-х годов начал работать дизайнером одежды, создал свою дизайн-студию, выпускавшую современные промышленные коллекции. Работал бренд-директором в Китае, России, Европе, Турции. Зарекомендовал себя как опытный стартап-менеджер в области одежных и дизайн проектов в России и за рубежом.

Несмотря на то, что работа в прикладном дизайне требовала много времени, начиная с 1990-х годов, Иван не переставал заниматься профильными для него живописью и графикой. Поэтому, имея опыт художественного училища и университета, художник в своих работах успешно находит баланс между техникой исполнения и собственным видением натуры, его картины передают то, что мы можем видеть вокруг себя, иногда не замечая как это может быть прекрасно, его зритель погружается внутрь произведения и каждый может почувствовать атмосферу и настроение переданное автором.

Мелодии туркменской души

Вторник, 02 Декабрь 2014 14:03 Опубликовано в На перекрестке культур

Министерство культуры РФ, Министерство культуры Туркменистана, Государственный музей Востока и Музей изобразительных искусств Туркменистана имени Сапармурата Туркменбаши (город Ашхабад) представляют выставку «Живопись Туркменистана. Мелодии туркменской души».

Туркменистан издревле славится своими ювелирными украшениями и коврами, в чьих искусных узорах зашифрована летопись этой древней земли. Традиции, прошедшие сквозь века, находят свое отражение и в живописи. Именно ей и будет посвящена новая выставка Музея Востока.

60 живописных полотен самых известных туркменских художников XX и XXI веков приедут из Ашхабада – города, ставшего колыбелью нового для туркменской культуры вида искусства. В 1920 году здесь была организована первая художественная студия, получившая название в духе времени – «Ударная школа искусств Востока». Одним из ее основателей был Рувим (Илья) Мазель. Выдающийся художник стремился достичь в творчестве своих учеников слияния западных и восточных традиций. Выпускники этой школы стали первыми профессиональными туркменскими художниками, заложившими методологические и эстетические основы национальной живописи.

Уже во второй половине XX века в Туркменистане сформировалась своя самобытная школа изобразительного искусства, породившая плеяду блестящих мастеров (Иззат Клычев, Аман Кулиев, Айхан Хаджиев, Аман и Чары Амангельдыевы и др.).

Героическая история, самобытная культура, необыкновенная красота и щедрость туркменской земли определили основные тенденции в изобразительном искусстве. Вода, несущая жизнь, и величественные горы, местный быт и фольклор, семейные сцены и события далекого прошлого – все это стало основными темами в туркменской живописи второй половины XX – начала XXI века.

Вне зависимости от жанра и техники, произведения мастеров Туркменистана останавливают и словно приглашают к неторопливому вдумчивому диалогу о вечных ценностях, понятных каждому из нас.

Выставка будет открыта в Государственном музее Востока в Москве с 6 — 21 декабря 2014 года по адресу: Москва, Никитский бульвар, д.12-а.

Иллюстрации: 

  1. К.Сейитмухаммедов. Дочь чабана. 1979. Холст, масло. 60х78 см.
  2. А.Одаев. Портрет чабана. 1987. Холст, масло. 47х64 см.
  3. А.Хаджиев. Портрет героя социалистического труда Бояра Овезова. Конец 50-х – начало 60-х гг. Холст, масло. 90х70 см.
  4. А.Мурадалиев. Сельская семья. 2010. Холст, масло. 100х80 см.
  5. М.Чарыев. Караван (1-я часть триптиха «Дороги в Туран»). 1991. Холст, масло. 33х56 см.
Страница 2 из 9