facebook vkontakte twitter youtube    

Time: 12:19


Диалоги о зрительском кино

Среда, 14 Октябрь 2015 20:19

Пять дней с 7 по 11 октября москвичи провели за просмотром актуальных короткометражных фильмов, снятых режиссерами из России, США, Великобритании, Германии, Франции и других стран.

shnit International Shortfilmfestival – это 12-дневное событие, которое ежегодно (с 2003 года) проводится одновременно в нескольких городах на пяти континентах, способствуя культурному обмену форм самовыражения. Фестивальные площадки – это не только кинотеатры, но и различные интерактивные пространства, позволяющие аудитории не только смотреть фильмы, но также общаться с профессионалами и творить свои собственные инсталляции.

Таким мероприятием в рамках фестиваля стала встреча с главным кинокритиком страны Антоном Долиным, в этом году вошедшим в состав жюри национального конкурса shnit International Shortfilmfestival. 9 октября в Библиотеке киноискусства имени С. М. Эйзенштейна он коснулся темы зрительского и авторского кино, развеял несколько мифов о его категориях, рассказал, как обстоят дела с кинематографом в России и за границей и перечислил основные различия.

 

Зрительское и «незрительское» кино

«Я считаю, что “незрительского” кино не существует», - с порога заявляет Антон Долин. И с этим утверждением действительно трудно не согласиться. Во-первых, на фоне нескольких «сверхзрительских» фильмов, таких как, например, «Пираты Карибского моря 4», «Властелин колец 3», «Аватар» или «Титаник» (но которых, в любом случае, единицы), любая 200-миллионная мощнейшая голливудская картина, но которая не собрала миллиард, а всего, допустим, 300 млн долларов, уже считается практически провальной и «незрительской». И в подобной шкале сравнений всегда будет казаться, что зрителя не хватает. Антон Долин же предлагает смотреть на это с противоположной точки зрения и считать, что аудитория всегда обширна.

«У меня есть уверенность, что когда мы говорим, что “Андрей Рублев” – фильм “незрительский”, а, например, тот же “Титаник” (или даже что-то попроще – “Трансформеры”) – зрительский, то мы не учитываем тот факт, что кино, как говорил А. А. Тарковский, - это “запечатленное время”, - объясняет кинокритик. – Мы говорим про “здесь и сейчас”, когда на сеанс “Андрея Рублева” собирается 10 человек, а на сеанс “Трансформеров” – 10 000 человек. Но уже через два года “Трансформеры” устареют, а “Андрея Рублева” будут смотреть и через 100 лет: он никуда не денется, а количество его зрителей будет только расти».

В этом плане преуспели французы - нация кинолюбов, синефилов и кинозрителей. Для них не существует зрительского и «незрительского» кино: они способны создать максимальный спрос на любую картину. Франция – это та страна, где даже в самом удаленном провинциальном городке жителям могут показать какой-нибудь румынский фильм с субтитрами, и ни у кого из местных жителей не возникнет вопроса, почему и зачем ста с хвостиком зрителям, проживающим в этом городке, демонстрируют подобное кино. Там это считается естественным и самим собою разумеющимся, в то время как во всем мире и без того маленький процент так называемого «артхаусного» проката постоянно уменьшается.

 

Жанровое и «нежанровое» кино

Помимо деления кино на зрительское и «незрительское», выделяют жанровый (триллеры, мелодрамы, вестерны, ужасы, комедии) и нежанровый кинематограф.

«Я считаю, что любой кинематограф является жанровым», - говорит Антон Долин и вновь обращается к опыту французов. Во Франции в любом киоске за 40 сантимов (примерно 5 рублей) вы можете приобрести издание «Перископ», где есть список всех фильмов, идущих в отечественных кинотеатрах. Тут же содержится вся необходимая о них информация, включая наименование жанра. Французы знают, что любое кино, какого бы жанра оно ни было, имеет свою аудиторию, поэтому выпускают все имеющиеся в прокате фильмы.

В России же, напротив, многие фильмы изначально не покупают, а порой и того хуже – осознанно не пускают в прокат стоящую картину. Нередки случаи, когда некой кинематографической компании принадлежат права на какой-нибудь маленький хороший фильм, даже, возможно, получивший приз на кинофестивале, и руководители могут выпустить его во всех мультиплексах, но не делают этого вовсе. Тут у российских прокатчиков срабатывает принцип «картинка не соберет» (речь, разумеется, о деньгах), ведь они лучше зрителя знают, какой фильм ему придется по вкусу.  

«Я считаю, что правильный подход – это право человека на выбор (в том числе и в кино), - продолжает Долин. - Никто не отменял принцип «сарафанного радио» (прим. приобретение потребителем товаров и услуг под влиянием чьего-то мнения): даже если нашелся всего один потребитель, мало того, что он пришел на фильм и принес деньги в кассу, так в следующий раз он приведет с собой еще двоих. Этот принцип существует еще с тех незапамятных времен, когда не существовало никаких механизмов рекламы, промоушна, маркетинга и электронных СМИ. Поэтому не должно быть такого, что, мол, никто не смотрит фильм, так что давайте перестанем его показывать. Надо показывать как можно больше картин, и люди будут смотреть их все чаще и чаще».

 

Авторское и «неавторское» кино

Так же, как не бывает «незрительского» и «нежанрового» кино, нет и такого понятия как «неавторское» кино. У любого фильма есть автор - человек, которого можно «бить» за то, что вам этот фильм не понравился. Этим человеком, как правило, является режиссер. Иногда продюсер: в тех случаях, когда он имел проект и просто нашел режиссера.

«Авторы есть у всего, другой вопрос, что далеко не все из них талантливы, - объясняет кинокритик. - Но это нормально: не может большинство людей, которые занимаются определенной профессией, быть в этой профессии талантливыми». И это правда - талант всегда в меньшинстве. Существует поверье, что авторское кино – это кино талантов, а зрительское  – кино бездарностей. Но талант автора ни в коем случае не зависит от формата, жанра фильма и каких бы то ни было иных факторов.

«Могу сказать как человек, регулярно просматривающий новинки, что 70% всех фильмов не талантливы, еще 20% - неплохие, профессиональные и с какими-то крупицами таланта, и 10% фильмов талантливы в широком диапазоне от “любопытно” до “прекрасно”», - констатирует Долин. Таким образом, бывают годы, когда не выходит ни одного гениального фильма, а бывает, выходят и по 3-4 штуки.

Все то же самое происходит и на фестивалях. По словам критика, если просмотреть Венецианский/Каннский кинофестиваль, где, в среднем, 40-45 полнометражных фильмов пытаются завладеть твоим внимание за 12 дней, удается это сделать только 4-7 картинам. Тут действует то же соотношение, что и в обычном прокате.

 

Голливуд

В Голливуде подобные тактики разделения (жанровое/«нежанровое», зрительское/«незрительское», авторское/«неавторское») уже абсолютно устарели. И тут не существует независимого кино, потому что каждая маленькая студия со своим дебютом тут же покупается гигантом. Здесь она становится просто филиалом, в большей или меньшей степени зависимым от большой студии, которая, в свою очередь, позволяет ему делать то, что он хочет, если бюджет не очень большой и финансовые риски не огромны. И филиалы делают. Внутри такой индустрии у талантливых людей есть некоторая свобода, что является несомненным плюсом.  

«Там никто не является рабом системы, как бы люди на нее ни роптали. Всегда есть контракт, определяющий твое право на финальный монтаж. Если такого права нет, не жалуйся на то, что тебе его не дали», - рассказывает Антон Долин.

Сегодня в голливудском кинематографе присутствует огромное количество больших авторов, которые, в большинстве своем, работают в авторском кино. Хотя никаких делений уже нет: артхаусное это кино или рассчитанное на массового потребителя, значение имеют только масштаб автора, его художественные амбиции, наличие у него или отсутствие своего собственного стиля. Это то, что действительно важно. А дальше все решает случай совпадения или несовпадения видения режиссера и предпочтений зрителей.

 

Россия

В России все всегда устроено немножко иным образом. Недавно у нас было подписано соглашение о добровольном квотировании нескольких крупных компаний в 2016 году, занимающих 30% рынка. Это соглашение с Министерством культуры России о том, что 20% проката будут отданы российскому кино.

«Долго думая об идее этого квотирования, я могу сказать одну вещь, - продолжает критик. - Квотирование говорит о неуважении к зрителю. Вот все процессы, о которых я рассказывал в отношении к европейскому или американскому кино, демонстрируют обратное -  уважение».

Все упирается в рынок и покупателя. В России кинематографический рынок подобен часам Хоттабыча, которые тот подарил пионеру Вольке в повести Л. Лагина «Старик Хоттабыч». То были литые часы из цельного куска золота, которые, разумеется, не ходили. Российский кинематограф – это золотые часы. Антон Долин четко пояснил эту концепцию:

«Когда в Америке, или во Франции, или в Дании думают, как сделать фильм, они начинают с шестеренок. “Что будет интересно зрителю? В каком жанре мы эту тему представим? Какая может быть история? Какой герой будет интересен зрителю? Какой актер подходит на эту роль? Какой бюджет нам потребуется? Какого режиссера можно пригласить?” И так доходит до осуществления. У нас все делается иначе. “Какой последний фильм собрал у нас деньги? Ага, а какой там играл актер? Так, это была комедия с Гошей Куценко, значит, нам нужна комедия с Гошей Куценко! Кажется, люди смотрят советские комедии. Значит, сделаем ремейк. Но ремейки на это, это и это уже сделали. Отлично, возьмем это. Кто сценарий писать будет? Так. Какой последний фильм у нас собрал деньги? Кто писал там сценарий? Кажется, вот этот, да, но он занят, но, по-моему, у него есть брат. Прекрасно, попросим брата!”. Сначала люди с трудом набирают то золото, что имеют, а потом начинают его обрабатывать, напрочь забывая о шестеренках. Как, о чем, где, когда и почему – до этого дело просто не доходит. И фильм уже может быть готов, но, о чем он, никто не знает. И, в результате, никто не хочет его смотреть».

Тем временем директора кинотеатров и кинотеатральных сетей ежедневно отслеживают количество пришедших зрителей на тот или иной фильм. Если этот фильм идет плохо, они либо переоформляют его расписание (ставят раньше/позже/на ночь), либо вообще снимают с проката. А если он оказывается популярнее остальных, то и количество сеансов на него увеличивается. И вот наш кинематограф хочет сделать так, чтобы численность аудитории напрямую зависела от того, российского производства этот фильм или нет. Если отечественный, у него всенепременно должно быть 20% сеансов. Таким образом, если в прокат выходит плохой русский фильм, то все равно сеансов на него будет больше. Отсюда вопрос: такая ситуация заставит русского зрителя больше любить отечественное кино или меньше?

 

Напоследок оптимистичные прогнозы Антона Долина: «Позитивная черта состоит в том, что наши блокбастеры – по-прежнему кино с человеческим лицом. Кому-то это лицо неприятно, кому-то оно кажется отвратительным и уродливым – это совершенно нормально.  Никто не может и не должен быть любим всеми. Но главное, что по меньшей мере это человеческое дело, которое делают люди для людей».

 

 

Использованные материалы:

http://shnit.org/en/

Последнее изменение Среда, 14 Октябрь 2015 20:23
Оцените материал
(2 голосов)
Поделиться в соцсетях

Галерея изображений

Посмотрите вложенную галерею изображения онлайн в:
http://culturedip.interaffairs.ru/index.php/sobytija-2/item/916-916#sigProGalleriaabab160f2e
joomlamodniyportal.ru